Ответ главы Азербайджанского легиона Дуденгинского на обвинения Бичерахова
После Второй мировой войны росссийский политэмигрант Лазарь Бичерахов написал статью «Открытое письмо к эмиграции порабощенных народов», где в числе прочего обвинил азербайджанских легионеров в службе немецкому национал-социализму.
И это при том, что Бичерахов, осетин по национальности, сам активно сотрудничал с немцами и, согласно некоторым свидетельствам, даже возглавлял отдел КОНР во главе с генералом Власовым. Воевавший против турецко-азербайджанских войск в битве за Баку, Лазарь Бичерахов был типичным имперцем, не допускавшим даже саму мысль о независимом Азербайджане. За это к нему относились негативно наши мусаватисты, в том числе Мамед Эмин Расулзаде.
Абдуррахман Фаталибейли, в годы Второй мировой бывший главой Азербайджанского легиона, не мог оставить эти нападки без ответа. Он написал открытое письмо генералу Бичерахову, где разложил все полочкам. Это письмо столь ценное, что его можно разбить на отдельные цитаты.
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ГЕНЕРАЛУ Л. БИЧЕРАХОВУ
Господин генерал!
Совсем недавно в Вестнике Российского Антикоммунистического Объединения «Наш путь» (№3), прочитал Вашу статью «Открытое письмо к эмиграции порабощенных народов». Вот уже годы, как некоторые круги русской эмиграции во всех политических центрах Запада твердят о том, что национально-освободительные движения нерусских народов были сфабрикованы Гиммлером и Розенбергом помимо воли этих народов и называют их «фашистами», «нацистами», «квислингами», «поклонниками Гитлера». Мы считали ниже своего достоинства отвечать на это, но Вам, во время II мировой войны примкнувшему к национально-освободительному движению Северного Кавказа, во главе с уважаемым Ахмед-Наби Магома, я вынужден ответить.
Чтобы доказать неcправедливость Ваших утверждений, господин генерал, для примера я остановлюсь на национально-освободительном движении азербайджанского народа в период II мировой войны. Общеизвестно, что тюрко-мусульманские и другие нерусские народы были завоеваны царской Россией, а их независимые демократические республики (1918-1921 гг.) были покорены советской Россией и насильно присоединены к СССР. Поэтому наши народы не могли сражаться за своих поработителей, так как это противоречило бы нашим национальным традициям и законам нашей священной религии.
После непрерывных восстаний и кровавых битв наш народ пришел к убеждению, что кровавый большевизм может быть уничтожен в союзе с внешней силой, и поэтому он был естественным союзником любой державы, объявившей войну СССР. После заключения союзного договора Сталина с Гитлером, все симпатии нашего народа были на стороне западных держав.
Когда Сталин вместе с Гитлером делил Польшу, лишал независимости Балтийские страны, громил Финляндию, мы с затаенным дыханием ждали объявления войны СССР со стороны Англии, Франции, скандинавских и других европейских стран. Тогда мы были бы их естественными союзниками, как против Сталина, так и против Гитлера. Но… получилось иначе. Патриотический долг западных держав связал их с СССР, а нас с Германией. Как ради нас западные державы не отказались от союза с Кремлем, так и мы не могли ради них, переступив традиции наших отцов, сражаться за Великую Русь или же Советский Союз, – за поработителей нашего народа!
В числе других народов, порабощенных большевизмом, также сыны нашего народа, оголяя советский фронт, перешли на сторону Германии, чтобы вместе с ней бороться за свободу и независимость своей Родины. Число азербайджанских тюрков, оказавшихся на стороне Германии, было около 150 тысяч, а число всех тюрков и кавказцев доходило до миллиона. Все эти массы были посажены в лагеря военнопленных, где они медленно вымирали, – в числе них был и я.
Надеясь закончить войну к зиме 1941 года и колонизировать все страны, Гитлер не имел никаких намерений создавать легионы, организация которых относится к началу 1942 года. Национал-социалисты смотрели на легионы, как на дешевую вспомогательную силу. Одним из таких дешевых солдат был и я. Люди шли в легионы, чтобы спастись от голодной смерти и хотя бы в качестве дешевого солдата, умирая отомстить. Если вы и другие руководители считали это позорящим национальную честь, то тогда должны были обратиться к военнопленным с призывом: «Не идите в легионы, и я приду в концентрационный камп умирать вместе с вами».
Одновременно с созданием легионов, в Берлине в целях пропаганды были созданы кое-какие национальные организации и газеты, которые руководились немцами. Всем было запрещено молвить или писать слово «независимость», а вместе этого все должны были обильно употреблять ничего не означающее слово «фрайгайт» – свобода.
Больше других моральному оскорблению подвергались мы, так как нам не разрешалось именоваться своим подлинным национальным именем – азербайджанский тюрок, а называли «азербайджанец», присвоенным нам Сталиным. А наше дорогое национальное знамя было изуродовано путем изъятия символа – «полумесяц и звезда». Безусловно, как и все, находившиеся в Берлине, так и мы, фронтовые солдаты, не могли примириться с этим положением…
Все азербайджанские тюрки, находившиеся в Берлине, собрались под председательством министра Халил-бея Хасмамедова, чтобы обсудить вопрос о том, что следует ли продолжать сотрудничество в этих унизительных условиях или же уйти? Мы решили: «Признает ли нашу независимость Германия или нет, но мы не имеем морального права в этот тяжелый момент оставлять наших соотечественников без национального руководства, т.к. это было бы преступлением перед Родиной. Хотим мы этого или нет, наши легионеры включены в борьбу. Надо стремиться всячески защищать их честь, достоинство и жизнь. Нужно сделать так, чтобы их кровь не пропала даром, а текла бы по тому не засыхающему руслу, по которому извечно течет благородная тюркская кровь, а именно, по руслу свободы и независимости.
Для достижения этого мы воспользовались первой уступкой со стороны немцев Азербайджанскому штабу и решили созвать Конгресс, на котором стремились объединиться и продемонстрировать волю нашего народа, принять политическую программу и избрать руководство национально-освободительным движением, а также предъявить требования германскому правительству.
Для созыва Конгресса было много препятствий, поскольку многим сановникам из Восточного министерства и других ведомств это не нравилось. Саботировали это начинание и некоторые немецкие офицеры, вроде ген. Риттер фон Нидермайера. Срок созыва Конгресса трижды откладывался и особенно острые споры произошли между нами и Вермахтпропагандой, требовавшей от нас, чтобы мы объявили врагами азербайджанского народа Англию, Америку и другие западные державы. Это требование мы отклонили, как несоответствующее истине. Наконец, 6 ноября 1943 года нам удалось созвать Конгресс, продолжавшийся до 10 ноября. На Конгресс собралось около 300 делегатов, представителей старого и молодого поколения. Требуя признания независимости, делегаты гордо заявили: «Мы не сражаемся для того, чтобы заменить одного хозяина другим. Как мы не терпели царских наместников, так не потерпим и правителя любой другой нации. Азербайджаном управляли и будут управлять азербайджанские тюрки, как и Кавказом управляли и будут управлять кавказцы».
В этой обстановке требование независимости было смерти подобно, потому, что оно лишало всей перспективы господ райхскомиссаров, гауляйтеров, короче говоря, опрокидывало вверх дном национал-социалистическую расовую теорию.
Наша политическая программа, принятая на Конгрессе, ни от одного пункта которой мы не отказались, не имеет ничего общего ни с фашизмом, ни с национал-социализмом, ни с коммунизмом, а предусматривает устройство Азербайджана на демократических началах. Вот так, в Кайзергофе, в Берлине, в той обстановке нужно было быть демократом, а теперь им может стать всякий…
Как бы это ни было тяжело, 17 марта 1945 года Имперское Правительство признало независимость Азербайджана и других тюркских и кавказских стран, за подписью самого философа национал-социализма райхминистра Альфреда Розенберга. Подписывая этот акт, А. Розенберг признался в несостоятельности собственной расовой теории и еще раз засвидетельствовал неугасимость духа независимости у тюрков и кавказцев.
То, что акт был подписан за два месяца до капитуляции или же пять минут до того – не имеет никакого принципиального значения. Это признание нам дорого тем, что оно добыто кровью наших бойцов. Если уж национал-социалистическое правительство признало независимость нашей Родины, то нужно полагать, что демократические державы без каких-либо колебаний учинят это.
В этой же статье, вы, г-н Бичерахов, повествуете о вашей деятельности в 1918 году, о каком-то добровольном союзе народов, созданной вами, о вашей борьбе против красных, против турок и английских деятелей. Сыны Азербайджана и Северного Кавказа, с чувством наибольшего отвращения вспоминают ваши действия того времени. Мы благодарны турецкому народу, помогшему нам избавиться от бесчинств вашего отряда. Уходя из Баку вы не забыли захватить казну. Когда вы были изгнаны из Баку, вы двинулись на Дербент и в кровавых битвах против северо-кавказцев захватили Петровск… убили дагестанских депутатов. Затем турки пришли на помощь кавказцам, разбили ваш отряд, выгнали вас из Петровска, освободив Северный Кавказ от ваших бесчинств.
Я приглашаю вас, г-н генерал на Суд! Я заявляю, что готов выступить перед судом любого народа, имеющего претензии к нашему национально-освободительному движению.
В заключение я должен сказать, чего бы это нам ни стоило, мы отомстили за слезы наших матерей и сестер, жен и детей, за кровь наших отцов и братьев и наконец, мы горды тем, что сражались против бича человечества – коммунизма. Пусть Аллах Великий не оставит наши труды, нашу кровь тщетными.
München 22, Postfach 103
Ссылка: https://vk.com/turkunsesi
СУДЬБА АЗЕРБАЙДЖАНСКОГО ЛЕГИОНЕРА
О Рустаме Керраре Алескерове, он же Рудольф Гиль, и его отце.
Именно так – Рудольфом, по фамилии Гиль, именовался родившийся в Дрездене в 1943 году сын офицера Вермахта Кяррара Алескерова, женившегося в Германии на местной девушке – немке. Потом в Германии у молодой азербайджано-немецкой семьи родилась дочь, много позже, в других странах, где им пришлось скрываться от убийц НКВД, у Керрара родились еще двое детей. А немецкие имена и фамилии были даны Рустаму потому, что в тогдашней Германии был запрет на инородные, не арийские имена.
Ныне Рустам Алескеров Керрар оглы — член союза журналистов Азербайджана, заместитель председателя Национально-культурного общества немцев Азербайджана «Возрождение», старший научный сотрудник Государственного архива АР. Он автор многочисленных публикаций, печатается в Баку и за рубежом. Рассказывая об отце, Рустам бей иногда прерывался, ему мешали выступавшие на глаза слезы, но отдышавшись, продолжал:
— Мой отец – Кяррар Алескеров, был потомком карабахских ханов. Родился он в Шуше, в детстве хорошо изучил русский и немецкий языки. Это ему помогло, когда призвали служить в Красную Армию, в Житомир. 17 сентября 1939 года советские войска перешли границу Польши и принялись разделять ее вместе с Германией. Отец видел толпы пленных польских офицеров. Один офицер побежал к советским солдатам, радостно говоря о том, что он славянин, моля о спасении. Молодой советский офицер, комвзвода, потребовал от моего отца застрелить поляка. Керрар возразил: за что, почему? Офицер грязно выругался, взяв у солдата винтовку, выстрелил поляку в голову.
Потом пошарил в карманах убитого, содрал с поляка орден и нацепил на свой мундир. Отец боялся, что за невыполнение приказа офицера его накажут. Но офицера-убийцу вечером перевели в другую часть. Так отец избежал казни. Скоро началась финская война, куда направили Кяррара Алескерова. Там он убедился в полной бездарности советской армии. Солдаты Туркестана, не видевшие холодной зимы, замерзали, умирая от холода. Отец видел, как советские солдаты растерзали попавшего в плен финского снайпера до смерти. После окончания финской войны К.Алескерова направили в Ленинградское пехотное училище.
Потом началась война СССР с Германией. Отца, уже офицера, перевели на германский фронт. В блиндаж, где прятался от артобстрела Кяррар вместе с другом Сашей Мельниковым, попал снаряд. Саша скончался на руках у Кяррара, а когда он поднял голову, над ним стоял немецкий автоматчик. Пленного Кяррара перевели в немецкий город Тильзит, на берегу Балтийского моря. Было холодно, сентябрь. Голодным и замерзшим пленным приказали рыть землянки и устраиваться. Условия в лагерях были ужасные.
Над рядовым составом больше издевались пленные же офицеры-славяне, выслуживавшиеся перед немцами. К тому времени в лагеря для военнопленных стали приходить лидер азербайджанских эмигрантов, бывший глава АДР Мамед Эмин Расулзаде, турецкий генерал Нури-паша, освобождавший Баку от армянских бандитов в 1918 году, и немецкие офицеры. Визитеры разъясняли пленным правила Гаагской конференции о правах военнопленных, от участия в которых отказался Советский Союз. Азербайджанцы видели, как пленным из европейских государств помогал Красный Крест, они получали посылки. Но азербайджанцам ничего не присылали.
М.Э.Расулзаде говорил, что если азербайджанцы хотят добыть для своей страны независимость, они должны взять в руки оружие. Генерал Нури Паша предложил нам от лица делегации создать, на сугубо добровольной основе, национальный легион и воевать против большевиков. Он сказал: «… Хотите жить по-человечески, возьмите в руки оружие, которое получите и добывайте себе свободу сами …».
Ссылка: https://vk.com/azeri_patriots
Мы сражаемся за независимость Азербайджана!!!
17 мая 1944 года, на встрече с Альфредом Розенбергом, Абдуррахман Фаталибейли сказал:
«…если мы будем знать, что вместо русских будут немцы хозяевами в Азербайджане, мы ни одного шага не сделаем. Мы сражаемся только за независимость Азербайджана».
На это рейхсминистр ответил: «Независимость не выпрашивают, а заслуживают борьбой и достоинством».
И Азербайджанский легион заслужил ее. 17 марта 1945 года Имперское Правительство Германии подписало акт, признающий независимость Азербайджана за подписью того самого рейхсминистра и главного идеолога национал-социализма, Альфреда Розенберга.
Ссылка: http://vk.com/azeri_patriots
«Мы сражаемся только и только за свою свободу»
«Азербайджан» еженедельная газета Азербайджанского легиона (от 14 ноября 1943 года). Под заголовком надпись на азерб. гласит:
«Мы сражаемся только и только за свою свободу. Ни одна живая сила не заставит нас отказаться от этой святой цели.»
Пропагандистскую работу в Азербайджанском национальном комитете на первых порах возглавлял уроженец Баку, профессиональный журналист, Фуад Эмирджан (Амирджанов). Он же стал редактором еженедельной газеты легионеров «Азербайджан», писал он по сути на турецком языке, и после первого номера газеты был заменён выпускником Азербайджанского университета Меджидом Мусазаде (псевдоним Карсалани). В Берлине издавались еженедельные газеты «Азербайджан» и «Хюджум» («Атака»), ежемесячный журнал «Милли Бирлик» («Национальное Единение»).
Ссылка: http://vk.com/azeri_patriots
Азербайджанский легион Вермахта
За Азербайджан!!!
«Как мы не терпели царских правителей,большевистское иго,так мы и не потерпим любое другое чужое правительство.Азербайджан упрвлялся азербайджанцами,и будет упрвляться ими и в будущем.»
Из выступления Абдуррахман Фаталибейли Дуденгинского в Азербайджанском Национальном конгрессе в отеле «Кайзероф» Берлин,Германия,1943 год.
Абдуррахман Али оглы Фаталибейли-Дуденгинский
Абдуррахман Али оглы Фаталибейли-Дуденгинский (азерб. Əbdürrəhman bəy Əli bəy oğlu Fətəlibəyli; 12 июня 1908 — 20 ноября 1954) — майор РККА. В ходе войны был пленён и пошёл на сотрудничество с нацистами. Руководитель «Азербайджанского национального комитета» и один из создателей «Азербайджанского легиона» в составе Вермахта.
Родился 12 июня 1908 года в селе Дуденги Эриванской губернии (ныне в Шарурском районе Азербайджана), в семье Али-бека Фаталибейли, который являлся потомственным военным, служившем в Туркестанской и Эриванской губерниях. В 1939—1940 принимал участие в Советско-финской войне в звании майора. После войны являлся начальником 6-го штаба Ленинградского военного округа. За заслуги в годы службы в Советской армии Фаталибейли был награждён орденом «Красной Звезды».
После начала Великой Отечественной войны, майор Фаталибейли попал в плен. Вскоре Фаталибейли переходит на сторону немцев в надежде на то, что в случае победы Германии будет восстановлена независимость Азербайджана.
Фаталибейли, вместе с немецким офицером Глогером, возглавил первый азербайджанский батальон N 804, который с сентября 1942 года действовал на Кавказском фронте в составе 17-й армии группы армий «А». Батальон участвовал в 800-километровом марше от Таганрога до Псебайской. При отступлении батальон дошёл до Кубани и занял участок обороны у станицы Старо-Корсунская. Успешные действия батальона в боевых условиях были отмечены немецким командованием. Так, один из легионеров по имени Шамиль Атабек писал о Фаталибейли:»Начиная с 1942 года, А.Фаталибейли вместе с легионерами находился на фронте. Вскоре героизм находящихся под его командованием легионеров начал восхищать немцев.»
После того, как были сформированы первые азербайджанские части Вермахта, Фаталибей решил объединить всех азербайджанцев на основе единой национальной программы. С этой целью, при посредничестве азербайджанского Меджлиса Национального Единства, в Берлине 6 ноября 1943 года был созван Азербайджанский Курултай, который выдвинул требования Германскому правительству:
После начала Великой Отечественной войны, майор Фаталибейли попал в плен. Вскоре Фаталибейли переходит на сторону немцев в надежде на то, что в случае победы Германии будет восстановлена независимость Азербайджана.
Фаталибейли, вместе с немецким офицером Глогером, возглавил первый азербайджанский батальон N 804, который с сентября 1942 года действовал на Кавказском фронте в составе 17-й армии группы армий «А». Батальон участвовал в 800-километровом марше от Таганрога до Псебайской. При отступлении батальон дошёл до Кубани и занял участок обороны у станицы Старо-Корсунская. Успешные действия батальона в боевых условиях были отмечены немецким командованием. Так, один из легионеров по имени Шамиль Атабек писал о Фаталибейли:»Начиная с 1942 года, А.Фаталибейли вместе с легионерами находился на фронте. Вскоре героизм находящихся под его командованием легионеров начал восхищать немцев.»
После того, как были сформированы первые азербайджанские части Вермахта, Фаталибей решил объединить всех азербайджанцев на основе единой национальной программы. С этой целью, при посредничестве азербайджанского Меджлиса Национального Единства, в Берлине 6 ноября 1943 года был созван Азербайджанский Курултай, который выдвинул требования Германскому правительству:
—Признание независимости Азербайджана.
—Объединение всех азербайджанских частей в единую национально-освободительную армию.
—Создание отдельных лазаретов для больных и раненых.
—Открытие домов отдыха для солдат азери-тюрков.
—Уравнение азербайджанских солдат в правах с немецкими (форма, знаки, оплата, снабжение и т. д.).
—Освобождение всех азери-тюрков из лагерей военнопленных и представление им возможности трудиться или по доброму желанию вступать в легион.
—Объединение всех азербайджанских частей в единую национально-освободительную армию.
—Создание отдельных лазаретов для больных и раненых.
—Открытие домов отдыха для солдат азери-тюрков.
—Уравнение азербайджанских солдат в правах с немецкими (форма, знаки, оплата, снабжение и т. д.).
—Освобождение всех азери-тюрков из лагерей военнопленных и представление им возможности трудиться или по доброму желанию вступать в легион.
Проводы в последний путь командира Азербайджанского легиона и председателя Азербайджанского национального правительства в изгнании, Абдуррахмана Фаталибейли (Дудегинского). Городское кладбище города Нойе-Ульм, Германия. 1954 год.
